Карр Джон Диксон - Тот, Кто Шепчет



det_classic Джон Диксон Карр Тот, кто шепчет Убийство, хитроумно задуманное преступником и с блеском расследованное сыщиком, — вот отличительная черта детективных произведений американского писателя Джона Диксона Карра, мастера виртуозно построенной интриги... 
Гидеон Фелл 1946 ru en NickNem Fiction Book Designer 31.10.2005 www.litportal.ru FBD-ETTUKGE4-DP59-22RF-X5BL-V8850E9CEGKS 1.0 V 1.0 Convert to FB2 NickNem
He who Whispers, 1946 Джон Диксон Карр
Тот, кто шепчет
Глава 1
«Традиционный обед „Клуба убийств“, не проводившийся уже более пяти лет, состоится в ресторане Белтринга в пятницу 1 июня, в половине девятого. Выступать будет профессор Риго. До сих пор посторонние не допускались, но если вы, мой дорогой Хэммонд, пожелаете прийти в качестве моего гостя…»
Он подумал, что это знамение времени.
Когда Майлс Хэммонд свернул с Шафтсбери-авеню на Дин-стрит, моросил дождь, более походивший на туман. Потемневшее небо мало что говорило ему, но, наверное, было около половины десятого.

Получив приглашение на обед, даваемый «Клубом убийств», опоздать почти на час было неслыханным, непростительным хамством, даже при наличии веской причины. Однако, дойдя до первого поворота на Ромилли-стрит, тянувшуюся вдоль квартала Сохо, Майлс Хэммонд остановился.
Да, письмо в его кармане — знамение времени. Свидетельство того, что в 1945 году в Европу нехотя и медленно возвращался мир. И Майлс никак не мог к этому привыкнуть.
Он огляделся вокруг.
Он стоял на пересечении Дин-Стрит и Ромилли-стрит, и слева от него высилась восточная стена церкви Святой Анны. Эта серая стена с большим полукруглым окном выстояла, почти не пострадав. Но из окна вылетели стекла, и через него были видны лишь грязно-белые пилоны.

Там, где сильные бомбежки превратили Дин-стрит в месиво из разрушенных домов, шпунтовых досок и разбросанных по мостовой гирлянд чеснока, лежавших вперемешку с осколками стекла и известковой пылью, теперь вырыли аккуратный постоянный резервуар для воды, оградив его колючей проволокой, чтобы дети не свалились туда и не потонули. Но шрамы еще оставались, он видел их, стоя под шуршащим дождем. Прямо под брешью окна находилась старая доска в память о жертвах предыдущей войны.
Нереально!
Нет, сказал себе Майлс Хэммонд, не следует называть возникшее у него чувство болезненным, считать его фантазией или следствием нервных перегрузок во время войны. Вся его нынешняя жизнь с ее удачами и неудачами действительно была нереальной.
Много лет назад ты вступил в армию, полагая, что устои рушатся и необходимо принимать какие-то меры. В том, что ты отравился дизельным топливом, не было ничего героического, хотя, когда воюешь в танковых войсках, это может точно так же убить, как и все, что летит от фрицев.

Восемнадцать месяцев ты провел валяясь на больничной койке, на казенных простынях, а время ползло так медленно, что само понятие времени утрачивало смысл. А потом, когда деревья оделись листвой во второй раз, ты получил письмо с сообщением, что дядя Чарльз умер — в отеле в Девоне, где он по своему обыкновению уютно расположился и где ему ничего не угрожало, — и что вы с сестрой унаследовали все его состояние.
Ты всегда ощущал мучительную нехватку денег? Вот тебе то, чего ты хотел.
Тебе всегда нравился этот дом дяди Чарльза с библиотекой в придачу? Вступай во владение!
Ты страстно желал — и это желание было намного сильнее всех прочих — высвободиться из удушающей тесноты, когда давление, оказываемое на тебя окружающими, поистине можно было уподобить давке в пе



Назад